Место у пьедестала (Рой Джонс)

.

Где-то в начале девяностых я зашел в кафе на Тверской. Едва мне принесли кофе, который то ли остыл, то ли никогда и не был горячим, как туда же зашел Когда-то Знаменитый Артист очень преклонных лет, одетый в когда-то дорогой костюм.
Времена были тяжелые, и за былую славу платили меньше, чем когда бы то ни было. Но Артиста его нынешнее положение, кажется, не смущало. Он посмотрел орлиным взглядом на стайку девочек. Те в ответ прыснули, он самодовольно улыбнулся, девчонки прыснули еще сильнее. Я сидел рядом с ними и услышал, как одна из них сказала что-то вроде: «Посмотри на этого старого дурака». Бедняга был кумиром девочек совсем другого поколения, а эти его знать не знали. Я посмотрел на него еще раз и понял девочек. Он не был похож на старого орла. Он был похож на старого петуха, чтобы не сказать на старую курицу.


Я еще тогда вспомнил, как, будучи еще молодым, в одном из своих старых фильмов Артист в финале играл своего героя стариком. Но жизнь обошлась с ним куда жестче, чем гримеры. Если его киношная старость была благородной, то реальная – жалкой. Артист между тем сел и продолжил играть глазами с девочками. Смотреть на это у меня уже не было сил. Я поскорее расплатился и вышел.
История эта произвела на меня настолько неприятное впечатление, что я постарался ее позабыть, что мне удалось. И чем дальше, тем меньше мне ее хотелось вспоминать, так как сам я тоже не молодел. И все-таки я ее вспомнил совсем недавно, когда зашла речь о состоявшемся в субботу бое некогда великих Роя Джонса и Феликса Тринидада. Я очень боялся, что из нее получится что-то вроде тех давних гастролей Когда-то Знаменитого Артиста в кафе на Тверской. То есть они себя будут видеть прежними, а зрители их – нынешними.
В первые два раунда казалось, что так оно и случится. Бывший полу-средневес Тринидад, накачавший вес, который почему-то ушел главным образом в ноги, побеждал потерявшего веру в свою неуязвимость Роя Джонса, который был временами так плох, как будто никем никогда и не был. Но потом гордость взяла свое, он разъярился, раздухарился и стал… нет, далеко не собой прежним, но все-таки теперь в нем по крайней мере проглядывали его былые качества. Бывший великий кудесник поймал кураж и, начиная с последней минуты третьего раунда и до последней минуты последнего уже не упускал его.
На этот раз обошлось. Но обойдется ли в следующий раз, если он будет? А ведь он будет.
Уходить, конечно, надо вовремя, но в самой такой постановке вопроса есть какая-то капитуляция перед жизнью. Все мы, мужчины лет с тридцати, а женщины, наверное, с двадцати пяти, ведем борьбу со временем, которую обречены проиграть. Но из этого же не следует, что с ним не надо бороться. Вот только борьбу следует вести лишь до тех пор, пока ты не стал смешным в своей борьбе, а как этот момент определить?
Для Роя Джонса большинство его горячих поклонников, в том числе и я, давно этот момент определили. Мы решили, что ему пора на покой, еще после первого боя с Антонио Тарвером, а потом застолбились в своем мнении, когда он проиграл три следующих боя. И, наверное, были правы, но какая-то это трусливая правота. Зачем драться, когда уличная шваль остановила тебя в темном переулке и потребовала денег, если тебя все равно, скорее всего, побьют? А ты отдай кошелек, в котором все равно почти ничего нет, и тогда не побьют.
Но, может быть, все-таки не стоит отдавать кошелек, если есть хоть какие-то силы его сохранить? И дело вовсе не в том, три рубля там или миллион, потому что тот, кто отдаст три рубля, с той же легкостью отдаст и миллион. Это ему только кажется, что, будь там денег побольше, он бы о-гого-го что устроил этим жалким грабителям. Ничего бы он не устроил, так что драться надо и за три рубля.
Рой Джонс не послушался наших мудрых советов, и спасибо ему за это. Он когда-то сошел с пьедестала, который остался пустым, так как ни у кого не хватило сил и таланта на него подняться. И пусть у него самого тоже их больше нет, чтобы туда вернуться, но ведь есть место и рядом с пьедесталом. А девочки пусть смеются, сколько им влезет.

В следующем бою со знаменитым британцем Джо Кальзаге Рой сумел послать противника в нокдаун в первом раунде, и это показалось началом его последнего чуда. Но Кальзаге легко встал и легко победил. Чудо, как обычно, не состоялось.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.


Все права защищены © 2017 Азбука спорта. Техника, события, секреты, история.